Французкий поцелуй

В 1973 году, французский журналист Патрис Ламбер написал документальный очерк на 230 страниц, который был опубликован частями в маленьком журнале La Revue blanche только в 2001 году. Книга составлена из воспоминаний лесбиянок, которые действовали во времна правления нацистов в Германии, с целью помочь мужчинам гомосексуалам избежать конц.лагерей. Всех женщин давших интервью уже давно нет в живых, нет также документов или других свидетельств их деятельности. Есть и те, кто называет эти истории художественным произведением, пытаясь таким образом стереть этих женщин из нашей общей истории.
 

Мы приводим отрывки из книги, чтобы вы, наши читатели смогли представить себе как все было в те дни. Текст переведен с французского  одной из студенток из нашей лаборатории Анной Боер. Книга начинается со слов Хайды Крамер
 

-“Разумеется, что это не началось внезапно в один день. Были конечно разные не приятные сигналы, приняли закон, и ходили разные слухи, где-то кого-то арестовали. Но мы думали тогда, что тот кого арестовали видимо сам глупостей наделал, или был коммунистом или что-то еще. Все наши знакомые были в порядке, спокойно жили, ходили на свидания, собирались в клубах, До 1935 года не было ощущения, что что-то ужасное может случиться. В июне 1935 все изменилось, теперь аресты происходили повсюду, каждый день кто-то из знакомых рассказывал о мужчинах которых арестовали или они просто исчезли.
 

Не то чтобы мы очень любили этих мужчин, они как все остальные мужчины были шовинисты  и снобы  и вообще не особо приятные личности. Иногда даже посмеивались над нами, никогда не относились к нам серьезно. Хорошими друзьями мы никогда не были, но тем не менее в такой маленькой общине все равно все друг друга знают. Когда каждый день кто-то рассказывает о ком-то кого знал, встречал или чей-то партнер и вдруг арестован, мы все начали боятся.  Да, это был просто страх . Я приходила в университет, а там еще кто-то отсутствует и никто не знает почему, только слухи.
 

Однажды уже зимой, мы с подругой пошли в ресторан, обычный ресторан, но там любили собираться гомосексуалы и лесбиянки. Народу всегда было много, так легче не выделяться, и со стороны все выглядели как обычные посетители. Просто сидели, разговаривали, смеялись. Просто было приятно сидеть вместе со знакомыми людьми, или даже не знакомыми, но теми кто понимает тебя без слов. Я уверена, что кто-то донес в полицию, потому что иначе, как бы полицейские узнали, что парни сидящие за столом с девушками  он гомосексуалы. Никак нельзя узнать. Но полицейские знали. Всем женщинам и другим гостям они приказали немедленно заплатить и идти домой. В зале остались примерно 15 мужчин, почти половину из них я знала.
 

Не то чтобы очень боялись в этот момент, это же просто полиция, а мы не делали ничего преступного. Мы стояли, говорили что у полиции нет никаких доказательств и всех должны скоро отпустить.  Через некоторое время,  полицейские начали выводить мужчин из ресторана и сажать в автобус на котором они приехали.  Автобус оказался маленьким и трое мужчин остались стоять снаружи.  Мы слышали как командир на кого-то кричал что нельзя впихнуть в автобус еще людей , что все идиоты и не могли найти подходящий автобус и ему теперь придется решать проблему за них.  Кто-то из нас пыталась выяснить, почему их задержали, но это было бесполезно, ее никто даже не слышал.  В следующий момент я увидела  как этот командир вытащил пистолет, и выстрелил в мужчин которые так и стояли посередине площадки. Потом все погрузились в автобус и машины и просто уехали.
 

Никто из нас не сказала ни слова но всем и так было понятно, что случилось. Речь уже не шла о тюрьме или трудовом лагере, речь шла о жизни или смерти. И вдруг эти мужчины стали нашими друзьями и кто-то хочет убить наших друзей. ”Хайди была одной из первых женщин начавших организовывать систему помогавшую мужчинам скрываться от нацистов или совсем покинуть страну. Подпольщицы действовали в нескольких больших городах и за границей.

 

Рассказ Урсулы Гюнтер:
 

“…. Я и раньше знала много лесбиянок которые вышли за муж за гомосексуалов  и жили скрытно, но относительно спокойно. Но наша задача изначально  была несколько другая. Мы хотели вытащить тех мужчин которые уже арестованы нацистами и которых ждал лагерь или хуже того смерть. Как это сделать было не понятно.  Однажды одна из нас видела женщину на станции, где арестованных сажали на поезд. Женщина кричала, и требовала от офицера  отпустить ее жениха, чтобы он мог на жениться. Я сейчас уже не помню чем закончилась, та история, но именно там родилась эта сумасшедшая идея. Мы решили, что мы можем также притворяться , что некто обещал жениться и сбежал, и сейчас мы ищем его потому что не хотим  быть брошенными. Идея казалась превосходной и сейчас мы знаем что она работала.  В первую очередь нужно было точно знать кто арестован, где и при каких обстоятельствах. Если например, соседи донесли, и нет никаких доказательств, то проблем  возникнуть не должно. Соседи говорят что этот человек гомосексуал, а я говорю, что нет. Но если кто-то пойман вместе с другим мужчиной, или задерживался ранее, то конечно сразу понятно, что все представление ложь.  А нацисты этого не прощали.
 

Поэтому мы пытались, организовать свою разведку, быстро передавали информацию, но этого всегда было недостаточно. Кроме этого не каждая была способна, играть эту идиотскую роль. Мы устраивали бесконечные репетиции,  тренировались играть несчастных женщин пытающихся вернуть свою любовь. Использовали тонны косметики и парики, чтобы нас случайно не узнали. И это было конечно очень опасно выходить повторно. Мы конечно старались менять места, и запоминать лица офицеров, и гримироваться, но все равно шанс что кто-то тебя уже видел с этой историей был очень велик. Несколько наших подруг вышли на охоту  за женихами и так и не вернулись.
 

И если кого-то удалось освободить, это тоже не был конец. Нацисты они совсем не идиоты, они наблюдали и за мужчинами и за нами. Иногда удавалось быстро переправить мужчин за границу и говорить что опять сбежал. Но иногда приходилось действительно организовывать свадьбу. Бежать в то время можно было во Францию, но для этого все равно нужны были поддельные документы. Мы боялись всех вокруг, нацистов, соседей которые могут что-то заподозрить. И коммунистов которые помогали тоже, потому что не все из них любили госексуалов, им тоже приходилось врать.  Когда чувствовали что к кому-то из девушек нацисты подобрались слишком близко, тоже отправляли их за границу. Так мне пришлось уехать в 1938 году во Францию с парнем которого я раньше никогда не знала, а моя девушка осталась в Берлине, больше мы с ней уже не встретились…”


 

Лаура Ланге:
 

" В марте 1937 мы с подругой просто гуляли, в этот день мы не планировали ничего такого делать. Даже не знаю как но ноги сами принесли нас к полицейскому участку. Точнее сказать к сборному пункту где все задержанные за ночь ждали распределения. На этих пунктах большинство были коммунисты и вообще политические, но и гомосексуалы тоже попадались. Они всегда находились поодаль от остальных и мы быстро научились их различать в толпе. Даже не знаю зачем мы пошли туда в тот день, что-то вроде привычки надо полагать.  На площадке находились около 20 человек, в сторонке стояли  3-4 мужчины, по-видимому гомосексуалы.  В этой группе стоял парень совсем молодой , не понятно было вообще сколько ему лет, может 16 может еще меньше. Моя подруга начала жаловаться и что пришли сюда и пыталась утащить меня на другую сторону улицы. Но было уже поздно. Я смотрела на этого парня и чувствовала что не способна просто так уйти. Я слышала, как он спрашивал когда же их наконец отпустят,  говорит, что родители его убьют, еще что-то совершенно глупое в этой ситуации.  Я не думала, чем может обернуться мой спектакль, точнее сказать вообще не думала в этот момент. Просто потянула подругу к группе и начала кричать- “Вот же он, я же тебе говорила, что он здесь, паразит, хотел сбежать”.  Я прыгнула на какого-то солдата, почти сбила его с ног и продолжала орать- “не дайте ему уйти, он должен жениться на мне, он обещал”. Я видела, как ко мне подошел офицер схватил за локоть и с силой отпихнул в сторону. Считанные секунды я молчала, а он смотрел на меня разъяренными глазами. В эти секунды чувство было, что жизнь закончена, что это конец. В этот момент я поняла какая это была ошибка, мне 34 года, и этот пацан, черт знает сколько лет. Но это уже было неважно. Офицер и все вокруг смотрели на меня. –“ Господин офицер, послушайте пожалуйста, этот подлец меня соблазнил, признавался в любви и обещал жениться, а утром его уже не было. Он сбежал ночью, не дайте ему уйти, что я теперь буду делать, пожалуйста господин”.  Офицер продолжил разглядывать меня пока я бормотала и вдруг начал смеяться.  Он начал смеяться и солдаты вокруг смеялись тоже. “Шлюха старая”, он продолжал смеяться.  “Ты что о себе думаешь, корова безмозглая”. Кто-то выкрикнул- “пусть жениться, лучшее наказание”. Я слышала смех и оскорбления со всех сторон, но продолжала просить, повторяла одно и то же без перерыва _”господин офицер он же обещал”. Я побежала в сторону парня хотела потащить сама не знаю куда. Но не успела сделать несколько шагов, офицер поймал меня  и ударил кулаком в лицо, так что я упала.  Чувствовала вкус крови во рту, но продолжила завывать-“господин, этот подлец он сбежал от меня…”  Я не могла подняться только продолжала причитать. Офицер обернулся к парню и сказал- “Проваливай отсуда, , нашел с кем развлекаться, придурок”. Парень колебался, затем пытался подойти ко мне помочь встать, но офицер оттолкнул его и заорал- “проваливай”, и все снова засмеялись. Парень повернулся и начал идти в сторону , потом побежал. Он удалался и вдруг я почувствовала облегчение, почувствовала что, что все закончено. Мы оба остались в живых. В этот раз мне не было тяжело плакать, слезы сами катились по щекам. Я была грязная и униженная и болел нос, но это было счастье. Я их сделала. Подруга помогла мне встать, и мы побрели прочь.
 

Сейчас через много лет я вспоминаю, и ужас сковывает меня, как я вообще осмелилась. Но тогда я просто была счастлива”

 

 


26.04.2017

Полезные статьи